Цыпленок жареный сериал 2019

Родя работал чисто, с налётом театрального шика. Он не грабил — он взимал «добровольный взнос на общественные нужды», появляясь в лавке или ресторане с двумя-тремя юношами в безукоризненно выглаженных клешах и пиджаках с расширенными плечами. Разговор вёл вежливо, почти интеллигентно, цитируя то Бакунина, то модного Есенина, но глаза у него были стальные, а под шелковым жилетом угадывалась рукоять маузера. Его аргументы были неоспоримы: сожжённый склад, избитый приказчик, а то и пуля, аккуратно вложенная в утреннюю конторскую книгу. Платили быстро. Полученные деньги он не пропивал, как иные, а вкладывал в дело: лучшее оружие, откаты чекистам на Петроградской стороне, шелковые сорочки для всей банды. Его люди не были шпаной, они были артистами насилия, элитой петроградского беспредела.

Конфликт назрел, когда владелец табачной фабрики на Выборгской стороне, щедро плативший Дяде Коле, отказался от дополнительного «поздравительного» сбора к Первомаю. Родя, привыкший к покорности, воспринял это как личную обиду. Он действовал без санкции сверху, решив устроить показательную экзекуцию. Но фабрикант, сухопарый старик с военными замашками, оказался не лыком шит — он нанял отставных матросов-балтийцев для охраны. Когда банда Риди ворвалась во двор, их встретили не дрожащие приказчики, а град винтовочных выстрелов из-за ящиков с махоркой.

Этот провал стал щелью, в которую хлынул ветер перемен. Дядя Коля увидел в самодеятельности Роди угрозу всей системе. Одновременно чекисты, долго смотревшие на эту «крышу» сквозь пальцы за свой процент, получили команду навести видимость порядка. Родину банду решили сдать. Предательство пришло, как всегда, от своих: один из его ближайших, соблазнённый обещанием собственного участка, выдал место сходки — пустующую дачу на Каменном острове. Там, среди развалин роскошных интерьеров, попивая английский ром, Родя в последний раз читал стихи о воле и скорой гибели буржуа. Он не успел дочитать.